Йиркап
Йиркап – герой преданий Вымских коми-зырян.
Он известен по материалам профессора А. Грена и коми писателя Г. Федорова.

В статьях «Зырянская мифология» и «Зырянская литература», а также в написанной по фольклорным мотивом «драматической сцене» «Иркаб», А. Грен выделяет следующие сюжетные ситуации:
- на берегу Синдорского озера живет охотник Йиркап, дружит с Лешим-Вöрса, помогает ему      в борьбе с Водяным-Васа;
- благодарный Вöрса награждает Йиркапа за его помощь чудесным деревом-двойником,              в котором заключалась душа охотника;
- из этого дерева охотник мастерит лыжи-скороходы, становится самым удачливым промышленником – ни один зверь, ни одна птица не могут состязаться с ним в скорости;
- но одна слабость оставалась у Йиркапа: он мог лишиться чудесной силы и скорости, если его напоят ополосками, т. е . водой, в которой полоскали его онучи;
- вероломная жена Йиркапа хитростью выпытывает у мужа тайну его уязвимости, по просьбе соперника Йиркапа поит мужа ополосками;
- Йиркап на своих лыжах-скороходах оказывается в полынье, тонет в Синдорском озере.
Несколько отличается от греновского варианта текст названия, записанного Геннадием Федоровым в 1946 году в с. Синдоре от сказительниц ы В. Пархачевой. В тексте имеются два существенных дополнения, не отмеченные А. Греном.
Во-первых, вместо Лешего-Вöрсы действует безымянная женщина-колдунья. Именно она научает охотника-богатыря, хозяина чудесных лыж, настичь голубого оленя. Утром мать печет сыну ячневик, сын прячет его за пазуху и мчится за голубым оленем, настигает его возле Сибирского Камня-Урала, убивает оленя, вырезает сердце и приносит оленье сердце на стол женщине-колдунье. И все это происходит так быстро, что испеченный утром ячневик даже не успел остыть.
И, во-вторых, вместо вероломной жены в сказании действует не менее вероломная мать, которая по требованию отчима Йиркапа, завидующего охотничьей удаче пасынка, поит сына квасом, предварительно выполоскав в нем сыновьи онучи. Стал Йиркап от того кваса грузным, провалился под лед, начал укорачивать чудесные лыжи, а те говорят ему человеческим голосом: «Эх, Йиркап, Йиркап, и себя погубил, и нас погубил вместе с собой. Если бы ты ене укорачивал нас, мы, может быть, и вынесли бы тебя на берег!».
Так погиб Йиркап на дне Синдора. А перед гибелью своей он с такой силой швырнул на берег чудесные лыжи, что те насквозь пробили могучую сосну. До сих пор могучий сосновый пень люди называют «пнем Йиркапа».
В энциклопедии «Мифология Коми» даются и другие подробности из жизни легендарного зырянского охотника Йиркапа:
Согласно преданию Йиркап жил в верховьях Выми в селе Кони и занимался охотой.
Однажды, находясь на промысле, он увидел на берегу озера Синдор драку Васа и Вöрса (водяного и лешего). Васа одолевал лесного духа, тогда Йиркап пришёл к лешему на помощь и выстрелил в водяного из лука.
В благодарность за спасение Вöрса посоветовал охотнику найти в лесу Ас пу (Своё дерево), которое приносит счастье. После долгих поисков Йиркап нашёл это дерево.
По другой версии Йиркап нашёл своё дерево сам, обратив внимание на то, что его собака            в течение трёх дней (или трёх лет) облаивает без какой-либо причины одно и то же дерево.
Во всех вариантах предания говорится о том, что после удара Йиркапа топором по дереву, из дерева выступила кровь. После этого Йиркап срубил дерево (сосну) и сделал из него лыжи.
По другой версии, дерево само сообщило Йиркапу, что оно его Ас пу, и он может сделать из него себе, что захочет. Йиркап делает лыжи.
В третьем варианте дерево говорит Йиркапу, чтобы он сделал из него одну лыжину или приставил щепку обратно.

Сделанные Йиркапом из Своего дерева лыжи обладали необыкновенной скоростью. Не успевала протопиться печь, как Йиркап возвращался с промысловых угодий, находившихся за 300 км от села.
Едва поверхность озера Синдор покрывалась тонкой плёнкой льда, как Йиркап уже нёсся по нему на чудесных лыжах ближним путём на промысел. Лыжи несли сами, достаточно было подумать о том, куда ехать. Чтобы их остановить, нужно было бросить перед собой шапку и рукавицы, чтобы стояли на месте, нужно было положить на них шапку.
Еретнича (колдунья), односельчанка Йиркапа, однажды сказала ему, что на другой стороне реки будет пастись голубой олень, и если Йиркап его поймает, то он будет самым проворным и удачливым охотником на свете.
На следующее утро мать Йиркапа стала печь хлеб, увидела голубого оленя и разбудила сына. Он встал, сунул за пазуху ещё горячий ячменный хлебец и на волшебных лыжах бросился догонять оленя. Погоня продолжалась вплоть до самого Урала, где у оленя копыта стали скользить на камнях, и Йиркап его догнал.
Тогда голубой олень перекувыркнулся через голову и превратился в очень красивую девушку, которая стала умолять охотника пощадить её, но Йиркап не согласился, убил девушку, вынул у неё сердце, сунул его за пазуху и отправился в обратный путь.

Когда он добрался до своего села и переломил взятый в дорогу хлебец, от него ещё шёл тёплый пар. После этого Йиркап отнёс колдунье сердце убитой им девушки-оленя и положил его ей на стол.
По другой версии этого сюжета колдунья заключила с ним пари, что Йиркап быстро добудет тридцать оленей, а вот тридцать первого, голубого, ему убить не удастся.
Действительно, Йиркап, добыв вскоре 30 оленей, долго не мог напасть на след тридцать первого. Наконец, он увидел его и после долгой погони настиг. Тогда олень превратился в сороку, но Йиркап не дал ей взлететь, переломив палкой крыло, и затем убил. Оказалось, что это была дочь колдуньи.
Свою гибель легендарный охотник нашёл в водах им же открытого Синдорского озера, переходя по тонкому льду, отяжелевший от выпитых им ополосок от стирки портянок.
По одной версии, водой, в которой сполоснули потные портянки, его напоили другие охотники, постоянно остававшиеся без добычи из-за промысловой деятельности Йиркапа. По другой версии, это сделала мать, которой её любовник посоветовал замочить портянки Йиркапа в квасе и напоить им сына, говоря, что иначе он выловит всех зверей и птиц, и все умрут от голода. И, наконец, по третьей версии, вином, в котором были вымочены портянки, напоила Йиркапа его мачеха по совету колдуньи.
Вместе с Йиркапом погибли и его лыжи.
В одном из вариантов предания говорится, что проломила лёд только простая лыжа, а волшебная оторвалась вместе с ногой и влетела в пень (вероятно, оставшийся от Ас пу).
По другой версии Йиркап, провалившись под лёд и пытаясь спастись, отрезал завязки лыж и услышал голос волшебной лыжи, сообщивший ему, что не сделай Йиркап этого, она бы вытащила его на берег, а так он бы погубил и себя, и её. После этого лыжа сорвалась с ноги Йиркапа и, пронёсшись по воздуху к берегу, пролетела сквозь огромную сосну.
До сих пор могучий сосновый пень люди называют «пнем Йиркапа».
Образ Йиркапа описывал не только Геннадий Федоров, но и коми писатель Алексей Попов. Спектакль, сделанный по мотивам его повести «Йиркап», был показан на сцене Государственного академического театра драмы им. В.А. Савина и пользовался заслуженным успехом у зрителей.

Йиркап (зап. Г.А. Фёдоров в 1946 г. Опубл. на к.-з. яз. (Плесовский 1956), к.-з. и рус. яз. (Рочев 1984).
Йиркап и нашёл, говорят, озеро Синдорское. А как бы иначе ещё найти его посреди тёмного леса. С Йиркапом, что было, всё правда. Прежние люди, старики ещё рассказывали.
Из Кони родом Йиркап-то был. Охотой занимался.Вот однажды он наткнулся, говорят, на такое дерево - когда ни выйдет на охоту, собака постоянно облаивает его. Три года подряд одно дерево облаивает.Что, мол, такое случилось - всё одно и то же дерево облаивает? Надоело это Йиркапу и ударил его топором. Ударил, и кровь из дерева выступила. Дерево и сказало: "Йиркап, сруби меня и сделай себе одну лыжину. А не срубишь, так приставь щепку на старое место. Йиркап и срубил. Потом сделал из него одну лыжину, другую лыжину сделал из простого дерева. Если бы обе лыжины сделал из этого дерева, то уже не смог бы остановиться, на другую сторону земли бы унесло. Куда ни вздумает, туда и несут его лыжи. Рукавицы и шапку перед собой бросит, лыжи останавливаются, а если не бросит, так и не остановятся. Как начал охотиться на новых лыжах Йиркап, так первым охотником стал. Ни зверь, ни птица от него не успевали спастись.
Там же в Кони жила вдова, наподобие колдуньи. Как-то она и сказала Йиркапу: завтра, мол, сюда, на другую сторону реки, придёт пастись голубой олень. Если его догонишь, то ни у кого в целом свете уже не будет более проворных ног, чем у тебя, все звери и птицы твоими станут. Пусть, мол, приходит, говорит Йиркап. Мне, мол, только ведь выйти стоит. На следующий день утром мать стала печь хлеба. Увидела голубого оленя и разбудила Йиркапа. Йиркап, вставай, мол, твой голубой олень на той стороне пасётся. Йиркап встал, взял у матери горячий ярушник, сунул его за пазуху и не евши вышел догонять оленя. Они, брат, махнули до Сибирского камня (а где этот Сибирский камень - кто может знать). Там, на камнях, копыта оленя стали раздвигаться и скользить. Не мог больше бежать олень. Вот после этого голубой олень перекувыркнулся через голову и превратился в красивую-красивую девушку. "Йиркап, - говорит, - не убивай меня, я буду тебе верной слугой." А Йиркап не согласился. Раз, мол, ты меня увела в такую даль, живой я тебя не оставлю. Йиркап убил девушку. Вынул у неё сердце, сунул за пазуху и вернулся обратно в Кони. Вернулся и переломил ярушник - от хлеба всё ещё тёплый пар идёт. Вот сколько времени, оказывается, и ходил до Сибирского камня, хлеб ещё не успел остыть. Принёс он сердце девушки и положил на стол той женщине. "Вот это и есть, мол, сердце оленя." "А раз, мол, поймал голубого оленя, то от тебя уже не убежит никакая птица, никакая дичь. Всё твоё будет," - говорит та женщина.
Мать Йиркапа имела любовника. Вот как-то любовник и говорит ей: что, мол, это за сын у тебя, всех зверей и птиц выловит. Нас всех голодной смертью убьёт. Давай, мол, подевай куда-нибудь своего сына, изведи
его со света. А как, мол, изведу-то? "Замочи, - говорит, - его портянки в квасе и, когда будет мучить его жажда, напои его. А иначе нам от него не избавиться." Мать так и сделала: напоила сына водой от стирки портянок. Йиркап после этого отяжелел и стал проваливаться. Однажды ночью он стал переходить по льду через Синдорское озеро. Стал переходить по льду, который напоминал собой битое стекло, и утонул. Ох, мол, измена это. Бултыхался, бултыхался - ничего не мог поделать. Вытащил нож и отрезал завязки чудесных лыж - освободиться хотел от них. Стал завязки разрезать, лыжина-то и снова сказала: "Йиркап, Йиркап, себя погубил и меня тоже губишь! Если бы не отрезал завязки, я вытащила бы тебя на берег." Йиркап брыкнул ногой, и лыжина с отрезанными завязками полетела, пролетела насквозь через здоровенную сосну, дыру проделала. Старики до сих пор помнят ещё этот дырявый пень. Место это указывали около Синдорского озера. Вот такой, мол, здоровенный да толстый пень был...
А Йиркап там и утонул. И теперь ещё это место называется Йикапув. Вот каким был человек, нашедший Синдорское озеро.

Йиркапыд и аддзöма Сiмдор тытö. Кысь эськö сэсся аддзыны сiйöс сьöд вöр шöрысь.
Йиркапыдкöд ина вöлöма. Важъя йöз, старикъяс на висьтавлiсны.
Кониысь сiйö вöлöма, Йиркапыд. Вöравлöма. Вот öтпыр сiйö веськавлöма сэтшöм пу шöрö - кор оз пет, век понйыс увтö. Куим во вöлöм öти пу увтö. Мый пö тайö лои - век öти пу увтö. Йиркапыд дöзмас дай керыштас сiйö пуад. Керыштас, дай вир письтö пусьыд. Пуыд и шуас:
- Йиркап, пöрöд менö да вöч аслыд лямпа пöв. Он кö пöрöд, бöр либö пукты чагсö ас местаас.
Йиркапыд и пöрöдас. Сэсся öти лызь пöв сэтысь вöчас, мöд пöвсö прöстöй пуысь дай. Кыкнан лызьсö кö вöчис эськö, сэсся эз нин вермы сувтлыны, му мöдарö эськö и лэбöдiс. Кытчö думыштас, сэтчö лызьыд и нуö сiйöс. Кепысь-шапкасö водздорас кö шыбитас, лызьыд и сувтас, оз кö и - оз.
Сiдз кутiс сiйö вöравны, первой окотник лои. Некутшöм зверь ни пöтка сыысь оз удит.
Кониас жö сэнi дöва баба олöма, еретнича кодь. Коркö сiйö и шуас Йиркапыдлы: аски пö татчö мöдлапöлас локтас йирсьыны лöз кöр. Сiйöс кö пö вöтöдан, сэсся тэысь свет вылас тэрыб кокыс оз ло, став зверыс и птицаыс тэнад лоö.
Мед пö локтас, шуö Йиркап. Меным пö толькö петавны тай.
Аскинас мамыс пöжасьны кутiс. Аддзас лöз кöртö дай чуксалас Йиркаптö. Йиркап, чеччы пö, лöз кöрыд мöдлапöлын йирсьö. Йиркап чеччас, босьтас мамыслысь пöсь ид нянь, сюяс питшöгас да сёйтöг ни нинöм петас кöртö вöтöдны.
Найö, братö, Сибир-Изйöдз кырсьнитласны (а кöн пö сiйö Сибир-Изйыс - кодд тöдас).
Сэнi, из вылад, кöрыдлöн гыжйыд кутас паськавны да вильдавны. Оз кут вермыны котöртны кöрыд.
Вот сэсся лöз кöрыд метальникасяс да мича-мича ныв лоö.
- Йиркап, - шуö, - эн ви менö, ме тэныд вернöй слуга лоа.
А Йиркапыд оз миритчы. Раз пö тэ менö эта ылнаö нуöдiн, ме тэнö ловйöн ог коль.
Йиркапыд виас нывтö. Перъяс сьöлöмсö, сюяс питшöгас дай бöр локтас Кониад. Локтас да чегас ид няньтö - няньыд век руалö. Со мый дыра и ветлöма Сибир-Изйöдзыд, няньыс на абу удитöма кöдзавны. Ваяс сiйö нылыдлысь сьöлöмсö да пуктас эсiйö бабаыдлы пызан вылö. Тайö пö и эм кöрыдлöн сьöлöмыс, шуö. А коли пö кыйин лöз кöрсö, сэсся пö некутшöм пöтка ни птица тэысь оз удит. Ставыс тэнад лоö, шуö эсiйö бабаыд.
Йиркапыдлöн мамыс друг видзö вöлöм. Вот коркö другыс и шуö сылы: кутшöм пö тайö пи тэнад, став зверь и пöтка кыяс. Тшыг вияс ставнымöс. Вай пö вошты питö кытчöкö, изведит вай.
А кыдз пö изведита?
- Кöтöд, - шуö, - нямöдсö ырöшас да горш косьмигас и юктав. Сьöктаммас сэки сiйö. А мöд ног сыысь огö мынö.
Мамыс сiдзи и вöчис - юкталiс писö нямöд ванас. Йиркап сэсся сьöктаммас да кутас вöйласьны.
Коркö сiйö кутас вуджны öти войö йи вывтi, Сiм ты вомöн. Кутас вуджны клянича кодь йи кузяыд дай вöяс. Ок пö, измена тай вöчöмны меным.
Бультыкайтчас, бультыкайтчас - нинöм оз вермы вöчны. Кыскас пурт да вундыны кутас чудеснöй лызьсö - мездысьны на кöсъяс.
Лызьтö кутас чинтыны, лызьыд и шуас бара:
- Йиркап, асьтö сёйин дай менö тшöтш сёян! Эн кö пö чинты, ме тэнö петкöдi на эськö берегö.
Йиркапыд чужйыштсяс да вундöм лызьыд лэбзяс, зэв ён пожöм пыр мунас, розь вöчас. Старикъяс помнитöны на розя мыртö. Местасö висьтавлöны вöлi Сiмдор ты боксьыд. Этатшöм пö ён да кыз мыр вöлi...
А Йиркапыд сэтчö сiйö и вöяс. Öнi на местаыс шусьö "Йиркапув".
Вот кутшöм Сiмдор ты корсьысьыд.